Лучшие рассказы современности

"Автомобиль" Роберта Лэнгдона вырвался из тоннеля Каллахэн и очутился в ориентальной доли Бостонского порта недалеко от заезда в аэродром Логана. Следуя приобретенным предписаниям, Лэнгдон нашёл Авиэйшн-роуд и за престарелым зданием фирмы "Истерн эйрлайнс" свертел влево. В трехстах ярдах от пути он рассмотрел еле приметные в темноте очертания река, на стене которого была выведена громадная цифра "4". Лэнгдон вырулил на стоянку и выкарабкался из машины.
Благодаря река появился широколицый субъект в лазурном комбинезоне.
- Роберт Лэнгдон? - вежливо окликнул он его с неизвестным упором.
- Он наиболее, - отозвался Лэнгдон, замыкая авто.
- А вы чертовски пунктуальны. Я только что приземлился. Прошу за меньшей, пожалуйста.
Исходя кругом ангара, Лэнгдон внезапно почувствовал, как напряжены его нервишки. Ученый не привык к загадочным телефонным звонкам и негласным встречам с незнакомцами. Не зная, что его ожидает, он выкарабкал одежу, какую как обычно натягивал на занятия, - крепкие хэбэшные штаны, свитер и пиджак из кроткого твида. Лэнгдон припомнил о возлежащем в внутреннем кармашке пиджака факсе. Он все еще не мог принудить себя до самого конца уверовать в действительность того, что на нем было изображено.
Летчик, схоже, ухватил обладавшее Лэнгдоном усиленное тревога и спрашивал:
- А как вы выносите перелеты, сэр? Без особых проблем, полагаюсь?
- Хорошо, - ответил он и поразмыслил: "Перелет я как-то протяну, а маркированные мертвецы для меня действительно неувязка".
Они прошли вдоль длиннющей стенки ангара и оказались на взлетной поясу.
Лэнгдон окаменеть как врытый, уставившись на приникнувший к бетону самолет.
- Мы что, полетим вот на этой штуке?
- Нравится? - расплылся в размашистой усмешке летчик.
- А что это вобщем подобное?
Пред ними взгромождался самолет громадных, страшных габаритов, отдаленно подсказывавший мировой "челнок", за исключением того, что верхняя часть его фюзеляжа была абсолютно прямой. Формироваться воспоминание, что сверху она срезана. Больше всего летающий инструмент напоминал на клин больших габаритов. Лэнгдону на мгновение даже появилось, что он видит сон. С виду невиданная машина была столь же пригодна для полетов, как гусенечный трактор. Крылья были сведены к минимуму. Заместо их из задней части фюзеляжа стояли непонятно какие коротенькие обрубки. Надо обрубками возвышались 2 киля. Все другое - непрерывной фюзеляж. Протяженностью возле двесте футов и без целого иллюминатора.
- Двести пятьдесят тыщ кг с целой заправкой! - бахвалясь сообщил Лэнгдона пилот - так молодой папаша гордо извещает исходные о весе своего первенца. - Трудится на некрепком водороде. Корпус из титана, армированного кремниево-карбидным волокном. Соответствие тяги к тяну - двадцать к одному, а у многих быстрых самолетов оно не превосходит 7 к одному. Нашему начальнику, следовательно, и вправду не терпится с вами увидеться. Как обычно он этого гиганта за собственными гостями не отправляет.
- И эта... этот... оно летает? - не без сарказма вскинул брови Лэнгдон.
- Еще как! - терпимо ухмыльнулся пилот. - Смотрится, конечно, немного особенно, сможет, даже страшновато, но рекомендую свыкаться. Уже через 5 лет в атмосфере ничто, помимо этих милочек, не остается. Скоростное штатское транспортное средство. Наша лаборатория одна из первоначальных заполучила такой самолет.
"Правда, ничто себя лаборатория, не из неимущих", - промелькнуло в голове у Лэнгдона.
- Перед вами макет "Боинга Х-33", - продолжал пилот. - Однако уже сегодня есть 10-ки иных модификаций. У американцев, российских, англичан. Будущее за ними, нужно только некоторое время, чтобы ввести их в сферу социального автотранспорта. Так что сможете откланиваться с обыкновенными быстрыми аэропланами.
- Собственно я выбрал бы обыкновенный, - искренне сознался Лэнгдон, с опаской посматривая на титанового чудища.
Летчик подвел его к трапу.
- Семо, будьте добры, м-р Лэнгдон. Видите не споткнитесь.
Через несколько минут Лэнгдон уже сидел в пустом салоне. Пилот выкинул его в первоначальном ряду, попечительно скрепил на нем ремень сохранности и исчез в назализованной части самолета. К его изумлению, салон подсказывал эти, к каким уже привыкли пассажиры широкофюзеляжных лайнеров. Один-единственное различие заключало в том, что тут не было ни 1-го иллюминатора. Лэнгдону это обстоятельство довелось не по душе. Всю жизнь его гнала умеренной тяжести клаустрофобия - последствие одного инцидента в ранешном малолетстве, отделаться от какой до конца он так и не смог.
Данная робость изолированного места никак не отображалась на здоровье Лэнгдона, но наносила ему изобилие неудобств и поэтому всегда его нервировала. Обнаруживала она себя в тайной фигуре. Он, пример, бегал спорт игр в секретных комнатах, таких как ракетбол и игра. Он добровольно, даже с готовностью сообщил выпуклую необходимую сумму за свой большой викторианский таунхаус с высокими потолками, впрочем институт был готов дать ему куда больше недорогое жилище. Лэнгдона часто наведывали недоверия, что вспыхнувшая в нем в молодости тяготение к миру искусства была порождена любовью к большим музейным залам.
Неизвесно где под ногами воскреснули движки, корпус самолета отозвался тонкой дрожью. Лэнгдон судорожно проглотил и застыл в ожидании. Он ощутил, как самолет выехал на взлетную полосу. Над его башкой тихо грянула музыка "кантри".
Два раза взвизгнул висячий на стене телефон. Лэнгдон сбросил трубку.
- Алло!
- Как настроение, мистер Лэнгдон?
- Не весьма.
- Расслабьтесь. Через час станем на месте.
- В каком месте только, невозможно ли точнее? - Только сейчас до него дошло, что он так и не знает, куда они направляются.
- В Женеве, - ответил летчик, и движки вскричали. - Наша лаборатория искается в Женеве.
- Ага, числит, Город, - подтвердил Лэнгдон. - На норде сША Нью-Йорк. Между прочим, моя семья проживает вслед за тем, неподалеку от водоема Сенека. А я и не знал, что в Женеве есть физиологическая лаборатория.
- Не та вот Женева, что в штате Нью-Йорк, мистер Лэнгдон, - расхохотался пилот. - А та, что в Швейцарии!
Понадобилось некоторое время, чтобы до Лэнгдона дошел целиком резон почувствованного.
- Ахти вот как? В Швейцарии? - Пульс у Лэнгдона лихорадочно затараторил. - Но мне показалось, вы сообщали, что нам ехать не больше часа...
- Так оно и есть, мистер Лэнгдон! - кратко хохотнул пилот. - Эта малышка развивает быстрота 15 M .